Записки эгоистичной бездельницы - ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК Я РЕШИЛА ОБОГАТИТЬСЯ. ИЛИ ЧАСТНАЯ СТРАХОВАЯ МЕДИЦИНА ГЛАЗАМИ ВРАЧА.

09:25 am - ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК Я РЕШИЛА ОБОГАТИТЬСЯ. ИЛИ ЧАСТНАЯ СТРАХОВАЯ МЕДИЦИНА ГЛАЗАМИ ВРАЧА.

Давным-давно, когда я верила в Колобка и Лисичку-сестричку, а также работала в большой такой белой-белой многопрофильной-премногопрофильной клинической больнице, решила я стать богатой, как Крез. Опыт у меня был. Я уже даже полгода – с регулярным перенаписанием заявлений – работала и.о. заведующего отделения обсервации. Собственно заведующей меня не делали, не потому что я была молода – Гайдар в шестнадцать лет полком командовал (Прим. для альтернативно-читающих – пост не о Гайдаре. Я знаю его биографию. И все, что вы уже спешите настучать мне в комменты). А потому что на это место ждали какой-то «блатняк». Бедный «блатняк» ещё и не подозревал, что его ждет на тернистом пути заведования этой котельной. Плюсы такого статуса – лишь видимая верхушка айсберга минусов. И, когда он, наконец, пришел… Впрочем, оставим подробности. Я в меру коллегиальна все-таки. Он был умен, прекрасный хирург, неплохой специалист. Все в нем было хорошо, не считая того факта, что он пришел из гинекологии и совершенно не был готов к работе заведующего вообще и в акушерстве в частности. Ему казалось, что по мановению его жеста из двух рук и командного голоса все будет твориться само, как из палочки Гарри Поттера. Он совершал классическую ошибку начинающего руководителя – не учитывал человеческого фактора и не чередовал кнут с пряником. К беременным он относился, как к гинекологическим больным, что само по себе чревато. Он орал в ответ на их вопросы. Они заливали смотровую потоками слез по самые горизонтальные поверхности инструментальных столиков. Он орал ещё больше. Причем на ординаторов. Причем – при беременных, роженицах и родильницах. В общем, душка был, да. Мне предложили уйти в дежуранты родильно-обсервационного блока физиологии годика на пол – отдохнуть. Но я не хотела отдыхать. Я жаждала много-много денег при условии минимальной ответственности.

Помела я по телефонным сусекам и, по совету и протекции друзей, пришла в главврачу только-только открытой страховой клиники. Нормального такого стационара, не путать с частным кабинетом и лечебно-диагностическим центром. Клиника была прекрасная. Вся такая белая и с красивыми зелёными и даже розовыми креслами. Родильного отделения в ней не было – это не рентабельно. Главврач принял меня с распростертыми объятиями. Пообещал золотые горы и алмазные реки в платиновых берегах, помимо двух тысяч у.е. официальной зарплаты. Только от суммы заработной платы я была в культурном шоке, потому что я даже не буду вам озвучивать свою тогдашнюю государственную зарплату. Вы подумаете, что я либо хочу вас разжалобить, либо так неудачно шучу.

Я быстро прошла все документальные пороги и водопады медосмотров, мне выдали красивую зелёную пижаму и халат на кнопках, как сейчас помню. Белые моющиеся тапочки и гламурные мокасины притащила свои. И понеслась. В ординаторы гинекологического отделения.

Больница была прекрасная. Жидкое мыло лилось изо всех щелей, только локтем в кнопку тыкни (для альтернативно-читающих – это было недавно… это было давно (с)) В оперблоке всегда была горячая вода и пижамы, не порванные на промежности. Операционные халаты были новехонькие и даже вообще без завязочек фасона «однорукий бандит», а если и с завязочками – так никакой Бобик из ЦСО не успел их погрызть в тряпки. А это операционное бельё – ах! А эти операционные столы – ох! Их не то что не надо было поддерживать ногой, они даже регулировались – ух! Операционные лампы светили, как би-ксеноновый встречный, скальпеля были острые, шовный материал – километрами и даже анестезиолога Серёжу я увела с собой.

Пару дней я пребывала в восторженной эйфории. Пока не поступила пациентка с нарушенной внематочной. Войдя в брюшную полость с воплями: « Где тут матка?!!! Как прекра-а-асен этот мир!» - я все сделала, как надо. Серж лил миорелаксанты, не скупясь, ну и всего остального тоже. А уж в послеоперационном периоде, узнав у дежурной медсестры, чего у нас есть – я щедро назначила и антибактериальную такую и антигистаминную сякую и профилактику тромбоэмболических осложнений от щедрот по самый фактор Хагемана! Размывшись и попивая кофеёк, я мечтала, как обогачусь на одной зарплате плюс обещанные премии, а не на «дадут-не дадут», «обхамят-не обхамят», потому что надоело. Вот знаете, дать деньги тоже надо уметь. А то есть такие «благодарные» пациенты... Впрочем, отогнав всё нехорошее, оставшееся в прошлом, я просидела в ординаторской до рассвета не сомкнув глаз от счастья, ну и по родзальной привычке. Даже писала стихи. Пятнадцать раз навестила пациентку. Серёга – так тот вообще сидел около неё, читая глянцевый журнал.

- Ты как? – Шепотом поинтересовалась я у… него.
- Да, блин, как медведь-шатун. – Тоже шепотом ответил он и зачем-то сам измерил пациентке давление. И пощупал пульс.
- Пошли покурим. – Прошипела я.
- Ага. – Засипел он.

И мы пошли.

А утром пришла старшая сестра отделения гинекологии. А потом была пятиминутка. Я получила штраф за «неоправданное назначение медпрепаратов». Серёга тоже был мрачнее тучи – миорелаксанты и анестетики подороже будут антибиотиков и гепаринов всех мастей.

В общем, к концу месяца мы с ним уже смеялись, как дети. Потому что получили зарплату минус штрафы – ровно на чупа-чупс. А ещё через три месяца мы уволились. И пришли в родную белую-белую такую большую-пребольшую многопрофильную-премногопрофильную больницу. Там, если что, все таки Иван Иванычи своим Милочкам иногда покупают медикаменты. И начмед хоть и оборотень и скотина редкостная и паскуда мерзостная, но все-таки, если ебёт – то за дело. И смешную зарплату уже никто не отберёт. И мешок картошки принесут. А некоторые пациенты и родственники даже деньги за работу умеют дать, не оскорбляя чести и достоинства. И с мозгами дружат. А не как в той клинике – «А почему мне не выписывают то-то и то-то?! У меня же страховка!!!» Потому-то!

P.S. Текучка кадров в той больнице была страшная. "Ой, така тякучка!!!" (с)

P.P.S. Напоминаю – а то у некоторых память, как желудок у котенка - это была страховая клиника, а не частный кабинет и не лечебно-диагностический центр. К тому же это было достаточно давно. Впрочем, я сомневаюсь, что настали кардинальные перемены.

P.P.P.S. И я ещё не рассказываю вам обо всех ужасах процедуры списания препаратов. Умножьте на сто тысяч существующую в государственных клиниках процедуру. Впрочем, тут меня поймут только врачи. :)

UPD: Музом этого воспоминания стал мой друг Оганес , которого я прошу любить и жаловать, как я его люблю. У него много есть чего интересного почитать и вообще он хороший. Он, как и я тогда, прямо скажем, не голодает, но тоже денег хочет. Нормальное желание. Я тоже хочу. Много. Только врач денег может заработать только в большой такой клинической больнице. Хороший врач. В виде подношений, как ни прискорбно, Иван Иванычей. Можете хоть до отрыва уздечки надергать туда-сюда свою гражданскую позицию и тыкать налогами в анальное отверстие великодержавности.